Южный уголовный суд Бангкока приговорил к смертной казни двух граждан Китая уйгурского происхождения, Юсуфа Миерайли и Билала Мохаммеда, признав их виновными в преднамеренном убийстве и покушении на убийство. Этот вердикт стал завершением самого смертоносного дела о взрыве в истории Таиланда, произошедшего в августе 2015 года у храма Эраван в Бангкоке. В результате теракта погибли 20 человек, среди которых были пять туристов из материкового Китая и двое из Гонконга, а также более 120 человек получили ранения.
Судебная коллегия в составе четырёх судей установила, что подсудимые оставили бомбу в рюкзаке у популярного индуистско-буддийского святилища, посвящённого богу Брахме, на перекрёстке Ратчапрасонг. Взрыв буквально разорвал территорию, где собирались паломники и туристы, оставив после себя многочисленные фрагменты мотоциклов и обгоревшие обломки. Суд мотивировал своё решение тем, что действия обвиняемых представляли собой единое преступление, нарушающее множество законов, и поэтому они заслуживают максимально строгого наказания.
Несмотря на приговор, Юсуф Миерайли отверг обвинения, заявив: «Покойся с миром, система правосудия Таиланда. Я ничего из этого не принимаю. Я не сделал ничего плохого». Адвокат обвиняемых, Чучат Канпай, объявил о намерении подать апелляцию. Он подчеркнул, что в деле имеются аспекты, которые суд, по его мнению, не рассмотрел в полной мере, включая условия обращения с подсудимыми в ходе процесса. Тем временем Пекин выразил поддержку Таиланду, отметив, что «нападавшие были совершенно бесчеловечны и крайне гнусны», и подчеркнул, что Китай поддерживает проведение судебного разбирательства в соответствии с законом и суровое наказание убийц.
Десятилетний судебный процесс был сопряжён с многочисленными задержками, вызванными пандемией коронавируса и сложностями с поиском квалифицированных переводчиков. В одном из случаев судебные заседания откладывались из-за того, что переводчик, работавший с обвиняемыми, сам столкнулся с обвинениями в хранении наркотиков. Эти обстоятельства добавили сложности к расследованию, которое с самого начала вызывало критику из-за своей «туманности». Из 17 первоначальных подозреваемых власти задержали лишь Миерайли и Мохаммеда. Дальнейшие поиски других причастных лиц, казалось, утихли после их ареста.
Взрыв произошёл всего через несколько недель после того, как тогдашняя правящая военная хунта Таиланда насильственно репатриировала 109 уйгуров в Китай. Этот шаг вызвал широкую критику со стороны правозащитных организаций, утверждающих, что мусульманское меньшинство в Синьцзяне подвергается культурным и религиозным репрессиям. Вследствие этого возникли предположения, что теракт стал частью мести за сотрудничество Таиланда с Пекином. Королевство в то время служило ключевым транзитным пунктом для уйгуров, стремящихся покинуть Китай, а таиландские военные лидеры укрепляли связи с Поднебесной.
В 2017 году по делу о взрыве была задержана таиландская гражданка Ванна Суансан, что сделало её третьей арестованной фигуранткой. Ей были предъявлены обвинения в покушении на убийство, соучастии в убийстве и хранении взрывчатых веществ и оружия, однако в 2024 году она была оправдана. Вопрос о репатриации уйгуров остаётся крайне острым: правозащитные группы продолжают сообщать о серьёзных нарушениях прав человека в Синьцзяне, включая задержание около одного миллиона уйгуров и других мусульманских меньшинств, хотя Пекин эти обвинения отрицает. В феврале 2024 года Таиланд депортировал ещё 40 уйгуров в Китай, несмотря на предупреждения ООН о риске преследования по возвращении.
Примечательно, что храм Эраван остаётся популярным местом для китайских туристов в столице Таиланда, но, по данным опросов, многие из них не осведомлены о деталях и истории дела о взрыве 2015 года. Один из туристов из Китая, который регулярно посещает храм «каждый год», отказался комментировать взрыв, лишь отметив, что «приятно приходить сюда молиться», после чего поспешно удалился.
Читайте также:
